Вода, тротил и физика. Как белорусы ищут нефть

Наиболее круп­ные место­рож­де­ния неф­ти в Беларуси уже дав­но откры­ты. Объектами иссле­до­ва­ния неф­те­раз­вед­чи­ков все чаще ста­но­вят­ся труд­но­до­ступ­ные зале­жи с слож­ным стро­е­ни­ем. В таких усло­ви­ях вели­ка веро­ят­ность нарвать­ся на пустую (сухую) сква­жи­ну, а зна­чит — поте­рять мил­ли­о­ны. Поэтому бело­рус­ские неф­тя­ни­ки все актив­нее инве­сти­ру­ют в поисково-​разведочные рабо­ты. В послед­ние годы, гово­рят спе­ци­а­ли­сты «Белорусьнефти», бла­го­да­ря сей­смо­раз­вед­ке уда­ет­ся не толь­ко не сбав­лять обо­ро­ты в неф­те­до­бы­че, но даже немно­го их наращивать.

Поля с недав­но убран­ной пше­ни­цей, леса, немно­го озер, болот, авто­ма­ги­страль и несколь­ко дере­вень. Эта зем­ля под Калинковичами пло­ща­дью 192 кв. км теперь инте­рес­на не толь­ко агра­ри­ям, рыба­кам и гриб­ни­кам. В бли­жай­шие несколь­ко меся­цев ее педан­тич­но, метр за мет­ром, будут изу­чать геофизики.

Местность, пред­став­ля­ю­щую гео­ло­ги­че­ский инте­рес, неф­тя­ни­ки назва­ли Савичско-​Бобровичская пло­щадь. Гарантий, что в ито­ге когда-​нибудь здесь появит­ся буро­вая уста­нов­ка, пока никто не дает. Как гово­рят сами спе­ци­а­ли­сты, тут 50 на 50.

Процесс сей­смо­раз­вед­ки затрат­ный как во вре­мен­ном, так и финан­со­вом плане. Но все рав­но это выгод­нее, чем рас­хо­до­вать мил­ли­о­ны дол­ла­ров на сеть сква­жин глу­бо­ко­го буре­ния и в резуль­та­те не обна­ру­жить в ней нефть.

Первыми сюда еще в июне при­бы­ли топо­гра­фы. Они изу­чи­ли поверх­ност­ные усло­вия иссле­ду­е­мой тер­ри­то­рии, поде­ли­ли ее на спе­ци­аль­ные квад­ра­ты с обо­зна­че­ни­ем на них точек взры­ва и рас­по­ло­же­ния сей­смо­при­ем­ни­ков. Затем гео­фи­зи­ки уста­но­ви­ли спе­ци­аль­ное обо­ру­до­ва­ние, спо­соб­ное улав­ли­вать и запи­сы­вать коле­ба­ния в нед­рах зем­ли. После чего к делу под­клю­чи­лись буро­взрыв­ные бри­га­ды. До мар­та 2018 года они про­из­ве­дут здесь 24 тыся­чи под­зем­ных взрывов.

Сегодня буро­вая уста­нов­ка свер­лит оче­ред­ную 18-​метровую сква­жи­ну. Скважина напол­ня­ет­ся водой (это нуж­но, что­бы укре­пить ее стен­ки и исклю­чить обва­лы пород), после чего под зем­лю опус­ка­ет­ся тро­ти­ло­вый заряд весом в 2 кг.

После пре­ду­пре­ди­тель­но­го свист­ка взрыв­ни­ка сле­ду­ет глу­хой звук и непри­ят­ный тол­чок, через мину­ту на поверх­но­сти появ­ля­ет­ся неболь­шой гря­зе­вой гей­зер — это выхо­дит тех­ни­че­ская вода.

Видео не пере­да­ет зву­ка под­зем­но­го взры­ва, на кар­тин­ке слег­ка замет­на лишь лег­кая виб­ра­ция. Ее-​то и фик­си­ру­ют сот­ни гео­фо­нов и пере­сы­ла­ют сиг­нал на рас­по­ло­жен­ную непо­да­ле­ку сей­смо­стан­цию. На мони­то­ре это выгля­дит при­мер­но так.

Важно, что­бы дат­чи­ки все чисто запи­са­ли. От это­го напря­мую зави­сят резуль­та­ты даль­ней­ших иссле­до­ва­ний. Если пре­не­бречь этим, гео­ло­ги впо­след­ствии могут пой­ти по лож­но­му пути.

Поэтому самый боль­шой враг гео­фи­зи­ков — посто­рон­ние шумы. Проехала маши­на, где-​то в деревне зата­рах­тел трак­тор, подул ветер, пошел дождь — обо­ру­до­ва­ние ста­ра­тель­но все зафик­си­ру­ет, а это уже поме­хи и брак. Часто сей­смо­ло­гам при­хо­дит­ся выхо­дить в поле в нера­бо­чее вре­мя — когда тех­но­ло­ги­че­ские шумы мини­маль­ны. Это либо ран­нее утро либо позд­ний вечер.

Отобранный мате­ри­ал посту­па­ет в обра­бот­ку, очи­ща­ет­ся от помех, шумов, сум­ми­ру­ет­ся во вре­ме­ни, после чего гра­фи­ки будут пре­об­ра­зо­ва­ны в 3D-​картинку и про­ана­ли­зи­ро­ва­ны гео­ло­га­ми, кото­рые и решат, быть на месте сей­смо­раз­вед­ки неф­тя­ной раз­ра­бот­ке или нет.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Источник: news.tut.by