«Нам разрешено стрелять на поражение». Полицейский из США рассказал минчанам о своей работе
Речицкий РЭС информирует
Телевид — настоящее цифровое кабельное телевидение

«Нам разрешено стрелять на поражение». Полицейский из США рассказал минчанам о своей работе

«Нам раз­ре­ше­но стре­лять на пора­же­ние, если суще­ству­ет угро­за жиз­ни. Но сте­пень опас­но­сти каж­дый опре­де­ля­ет сам», — рас­суж­да­ет о стрель­бе в США поли­цей­ский из Далласа Джозеф Шутц. Он при­е­хал к дру­зьям в Минск на несколь­ко дней и успел не толь­ко осмот­реть досто­при­ме­ча­тель­но­сти, но и рас­ска­зать мин­ча­нам на встре­че в биб­лио­те­ке им. Пушкина о том, как рабо­та­ет техас­ская поли­ция, как стра­жи поряд­ка выстра­и­ва­ют отно­ше­ния с граж­да­на­ми и поче­му в ситу­а­ци­ях со стрель­бой в обще­ствен­ных местах не все однозначно.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
37-​летний Джозеф Шутц при­е­хал в Минск в гости к дру­гу и его семье.

Недавно испол­ни­лось семь лет с того момен­та, как Джозеф начал рабо­тать в поли­ции. Раньше муж­чи­на был успеш­ным риел­то­ром. Но гибель поли­цей­ско­го в шта­те Мичиган, отку­да аме­ри­ка­нец родом, силь­но повли­я­ла на него — Джозеф Шутц решил, что он дол­жен послу­жить обществу.

Сейчас Джо один из 3300 офи­це­ров, кото­рые сле­дят за поряд­ком в горо­де с насе­ле­ни­ем 1,3 мил­ли­о­на человек.

«Самые часто совершаемые преступления легче всего предотвратить»

Департамент поли­ции Далласа делит­ся на семь тер­ри­то­ри­аль­ных под­раз­де­ле­ний. Джозеф рабо­та­ет в северо-​восточном, самом боль­шом по пло­ща­ди и самом кри­ми­наль­ном. В этом рай­оне живет и боль­шин­ство бежен­цев, при­ез­жа­ю­щих в город.

Помимо рас­сле­до­ва­ний, в обя­зан­но­сти Джо вхо­дит рабо­та с насе­ле­ни­ем и доб­ро­воль­ца­ми. Он объ­яс­ня­ет, что все мень­ше людей хотят стать поли­цей­ски­ми, и набо­ры в ака­де­мию сокра­ща­ют­ся. Офицеров ста­но­вит­ся мень­ше, и поли­ция ста­ра­ет­ся нала­дить обще­ние с граж­да­на­ми. Так реша­ют сра­зу две зада­чи: при­вле­ка­ют допол­ни­тель­ную помощь для про­фи­лак­ти­ки пре­ступ­ле­ний и повы­ша­ют инте­рес к профессии.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

«Еще 100 лет назад поли­цей­ские пат­ру­ли­ро­ва­ли ули­цы пеш­ком. Они зна­ли мест­ных жите­лей, жите­ли зна­ли их. Потом мы пере­се­ли в авто­мо­би­ли, и эта чело­ве­че­ская связь поте­ря­лась. И сей­час мы рабо­та­ем над тем, что­бы сно­ва уста­но­вить ее».

Пешком офи­це­ры пат­ру­ли­ру­ют самые кри­ми­но­ген­ные рай­о­ны, ходят по домам, зна­ко­мят­ся и обща­ют­ся с жите­ля­ми. Так они хотят пока­зать, что за поли­цей­ской фор­мой есть человек.

Когда в каком-​то рай­оне наблю­да­ет­ся рост пре­ступ­но­сти, поли­цей­ские сотруд­ни­ча­ют с управ­ля­ю­щи­ми жилых ком­плек­сов. Вместе они орга­ни­зу­ют встре­чи с жиль­ца­ми, учат их, как вести себя, что­бы не стать жерт­вой пре­ступ­ле­ния. Полицейские так­же могут по жела­нию жиль­цов обсле­до­вать их дома на безопасность.

Следить за поряд­ком поли­ции помо­га­ют про­шед­шие спе­ци­аль­ную под­го­тов­ку граж­дане. Офицер при­во­дит два при­ме­ра такой помо­щи: доб­ро­воль­ные пат­ру­ли и кон­троль за соблю­де­ни­ем пра­вил парковки.

Только в под­раз­де­ле­нии Джо доб­ро­воль­но­му пат­ру­ли­ро­ва­нию еже­год­но обу­ча­ют несколь­ко сотен волон­те­ров. Добровольные пат­ру­ли — это, в первую оче­редь, спо­соб пре­ду­пре­дить пре­ступ­ле­ние, под­чер­ки­ва­ет он. Волонтеры про­хо­дят 6-​часовой курс под­го­тов­ки, им выда­ет­ся мигал­ка и маг­нит­ный знак на маши­ну. Задача доб­ро­воль­ных пат­ру­лей — объ­ез­жать ули­цы и сооб­щать о бес­по­ряд­ках полиции.

«Мы неод­но­крат­но повто­ря­ем таким пат­руль­ным, что их дея­тель­ность носит некон­фликт­ный харак­тер», — обра­ща­ет вни­ма­ние Джозеф. На прак­ти­ке это озна­ча­ет, что во вре­мя пат­ру­ли­ро­ва­ния люди не долж­ны выхо­дить из маши­ны, не долж­ны иметь при себе и исполь­зо­вать оружие.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

250 доб­ро­воль­цев про­во­дят на ули­цах сот­ни часов в месяц. По сло­вам Джо, такие меры рабо­та­ют, и коли­че­ство пре­ступ­ле­ний в местах рабо­ты пат­руль­ных сокращается.

«Те пре­ступ­ле­ния, кото­рые совер­ша­ют­ся чаще все­го, лег­че все­го предот­вра­тить. Это кра­жи из неза­кры­тых гара­жей и машин, про­ник­но­ве­ния в дома через откры­тые окна».

Интересно, что неко­то­рых доб­ро­воль­цев отстра­ня­ли от уча­стия в про­грам­ме. Например, за попыт­ку исполь­зо­вать свой ста­тус, что­бы избе­жать штра­фов за нару­ше­ние ПДД. «Это не сра­бо­та­ет. Да, я поли­цей­ский, но на доро­ге я такой же води­тель, как все осталь­ные», — гово­рит американец.

Еще одна про­бле­ма, решать кото­рую в Далласе помо­га­ют волон­те­ры, — это борь­ба с нару­ше­ни­ем пра­вил парковки.

Часто води­те­ли зани­ма­ют пар­ко­воч­ные места для инва­ли­дов. Когда посту­па­ет сооб­ще­ние о таком слу­чае, офи­це­ры не все­гда могут выехать по вызо­ву, что­бы зафик­си­ро­вать нару­ше­ние. Поэтому волон­те­ры дела­ют фото и посы­ла­ют инфор­ма­цию поли­ции, кото­рая затем выпи­сы­ва­ет нару­ши­те­лю штраф. Его мини­маль­ный раз­мер — 500 дол­ла­ров США.

«Мы во мно­гом пола­га­ем­ся на жите­лей. И пыта­ем­ся мак­си­маль­но исполь­зо­вать те ресур­сы, кото­ры­ми рас­по­ла­га­ем, — объ­яс­ня­ет Джо. — Наш опыт пока­зал, что после сни­же­ния уров­ня пре­ступ­но­сти в одном рай­оне бла­го­да­ря рабо­те доб­ро­воль­ных пат­ру­лей, он воз­рас­та­ет в дру­гом. Но ведь мы можем быть ответ­ствен­ны за поря­док толь­ко в том месте, где живем. Стройте ваше сооб­ще­ство сами».

«Перестаньте говорить ребенку, что он плохой. Это сработает»

Другое направ­ле­ние рабо­ты поли­ции в Далласе — это рабо­та с детьми и подростками.

Дети из небла­го­по­луч­ных семей часто впер­вые видят поли­цей­ских, когда те при­хо­дят к ним домой, что­бы аре­сто­вать маму или папу, гово­рит Джо. Поэтому суще­ству­ет мно­же­ство про­грамм, направ­лен­ных на созда­ние пози­тив­но­го ими­джа поли­ции сре­ди молодежи.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Самый про­стой спо­соб улуч­шить его — общать­ся с детьми в при­выч­ной спо­кой­ной обста­нов­ке. Так, поли­цей­ские посе­ща­ют уро­ки, про­во­дят вре­мя со школь­ни­ка­ми, игра­ют с ними.

Существуют про­грам­мы, направ­лен­ные на то, что­бы заин­те­ре­со­вать под­рост­ков рабо­той в поли­ции и, воз­мож­но, под­толк­нуть их к выбо­ру ее в каче­стве буду­щей про­фес­сии. Например, участ­ни­ки про­грам­мы «Полицейские иссле­до­ва­те­ли» — она рас­счи­та­на на под­рост­ков от 12 до 18 лет — несколь­ко раз в неде­лю при­хо­дят в поли­цей­ские участ­ки и помо­га­ют офи­це­рам в их рабо­те над рас­кры­ти­ем преступлений.

Одна из самых мас­штаб­ных соци­аль­ных ини­ци­а­тив поли­ции в Далласе — это спор­тив­ная про­грам­ма для моло­де­жи. Она начи­на­лась с сек­ций по фут­бо­лу и бок­су, но сей­час это целый набор под­го­то­ви­тель­ных сек­ций для кол­ле­джа, сорев­но­ва­ния по бас­кет­бо­лу и дру­гие спор­тив­ные собы­тия, кото­рые про­во­дят­ся при уча­стии офицеров.

Джо рас­ска­зы­ва­ет, что поли­ция так­же учре­ди­ла бла­го­тво­ри­тель­ный фонд для детей из бед­ных семей. Он финан­си­ру­ет заня­тия спор­том для 30−40 детей из бед­ных семей, у кото­рых нет воз­мож­но­сти опла­тить сек­ции самостоятельно.

«Если им скуч­но, то пусть луч­ше возь­мут мяч и гоня­ют его по полю, чем возь­мут камень и бро­сят его в окно».

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Для труд­ных под­рост­ков поли­цей­ские, по сути, ста­но­вят­ся и мен­то­ра­ми, и совет­чи­ка­ми, отме­ча­ет аме­ри­ка­нец. Джо счи­та­ет, что важ­но досту­чат­ся до таких детей до того, как они совер­шат пре­ступ­ле­ние и попа­дут в систе­му как правонарушители.

«Все любят помо­гать хоро­шим детям. Но я счи­таю, что мы долж­ны нахо­дить слож­ных детей и пытать­ся изме­нить их. Таким детям посто­ян­но гово­рят, что они пло­хие — в шко­ле, дома. А вы попро­буй­те ска­зать тако­му ребен­ку, что он не пло­хой — и это сра­бо­та­ет. Сработает в боль­шин­стве слу­ча­ев, хотя потре­бу­ет­ся вре­мя, что­бы шра­мы в душе ребен­ка зажили».

50 тысяч арестов за год и право на открытое ношение оружия

Работает ли в США закон трех оши­бок, зада­ли вопрос из ауди­то­рии. Такие зако­ны, при­ня­тые на уровне шта­тов, гла­сят, что судьи долж­ны при­го­ва­ри­вать тех, кто совер­шил три серьез­ных пре­ступ­ле­ния, к более дли­тель­ным сро­кам заклю­че­ния по срав­не­нию с тем, кто пре­сту­пил закон впервые.

«В Далласе мы про­из­во­дим так мно­го аре­стов, что на выхо­де сро­ки нака­за­ния полу­ча­ют­ся доволь­но мяг­ки­ми. За исклю­че­ни­ем дей­стви­тель­но тяж­ких пре­ступ­ле­ний», — отве­ча­ет Джозеф.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Он под­креп­ля­ет свой ответ циф­ра­ми: за год в горо­де про­ве­ли око­ло 50 тысяч аре­стов; при этом на 27 поли­цей­ских участ­ков при­хо­дит­ся одна тюрь­ма, рас­счи­тан­ная на 7000 заклю­чен­ных. Поэтому чело­век, совер­шив­ший тяж­кое пре­ступ­ле­ние впер­вые, может полу­чить услов­ный срок.

Нехватка мест в тюрь­мах и нали­чие тако­го зако­на со вре­ме­нем ста­но­вит­ся про­бле­мой. У того, кто совер­шил тяж­кое пре­ступ­ле­ние два­жды, в слу­чае пре­сле­до­ва­ния за тре­тье выбор будет неболь­шой: сесть в тюрь­му пожиз­нен­но, бежать или всту­пить в схват­ку с поли­цей­ски­ми. В боль­шин­стве слу­ча­ев пра­во­на­ру­ши­те­ли выби­ра­ют вто­рой или тре­тий варианты.

Джо раз­вен­чи­ва­ет еще один миф — о пого­нях за пре­ступ­ни­ка­ми. Полицейские в Далласе будут пре­сле­до­вать толь­ко того, кто совер­шил тяж­кое пре­ступ­ле­ние с осо­бой жесто­ко­стью. Но если чело­век украл что-​то в супер­мар­ке­те, он про­сто убе­жит. Офицеры могут попы­тать­ся догнать гра­би­те­ля, одна­ко тогда у них самих могут появить­ся проблемы.

Поэтому более эффек­тив­ный, чем аре­сты и тюрем­ные сро­ки, спо­соб борь­бы с пре­ступ­но­стью — это борь­ба с бед­но­стью. В Далласе, объ­яс­ня­ет поли­цей­ский, суще­ству­ют огром­ная про­пасть меж­ду мил­ли­о­не­ра­ми и бед­ня­ка­ми, эми­гран­та­ми, кото­рые толь­ко при­е­ха­ли в США. Им помо­га­ют жильем и день­га­ми в тече­ние пер­вых полу­го­да, но потом они долж­ны обес­пе­чи­вать себя само­сто­я­тель­но. Работа с эти­ми общи­на­ми помо­га­ет сни­зить преступность.

Что каса­ет­ся вла­де­ния ору­жи­ем, Техас дви­жет­ся в направ­ле­нии боль­шей сво­бо­ды его ноше­ния, чем огра­ни­че­ний. Например, недав­но там раз­ре­ши­ли носить ору­жие откры­то, и теперь граж­да­нам не нуж­но пря­тать его в обще­ствен­ных местах.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

«Если чело­век идет по ули­це с вин­тов­кой, поли­цей­ский не име­ет пра­ва оста­но­вить его, что­бы узнать, если ли у того лицен­зия на ору­жие. На ули­цах мож­но уви­деть пика­пы, у кото­рых дро­бо­ви­ки тор­чат пря­мо из окон».

Сам Джозеф не про­тив нали­чия ору­жия у насе­ле­ния, но счи­та­ет, что оно не долж­но быть на виду. По его мне­нию, в кон­фликт­ной ситу­а­ции откры­тое ноше­ние ору­жия лиш­ний раз про­во­ци­ру­ет людей его использовать.

Джозеф кос­нул­ся и слу­ча­ев рас­стре­ла подо­зре­ва­е­мых поли­цей­ски­ми. По зако­ну поли­цей­ские могут при­ме­нять силу, на поря­док пре­вос­хо­дя­щую ту, кото­рую исполь­зу­ют про­тив них. То есть дубин­ку про­тив кула­ка, писто­лет про­тив дубин­ки или ножа.

«Нам раз­ре­ше­но стре­лять на пора­же­ние, если есть опа­се­ние, что суще­ству­ет угро­за нашей или чьей-​либо еще жиз­ни. Но сте­пень опас­но­сти каж­дый опре­де­ля­ет сам — а это зави­сит от осо­бен­но­стей харак­те­ра и уров­ня под­го­тов­ки».

Бывает так, что офи­це­ры узна­ют из СМИ, а не слу­жеб­ных сооб­ще­ний, что поли­цей­ские сно­ва уби­ли подо­зре­ва­е­мо­го во вре­мя пре­сле­до­ва­ния. Джо под­чер­ки­ва­ет, что часто в таких слу­ча­ях пуб­ли­ка видит толь­ко корот­кую часть исто­рии — ту, что попа­ла на видео оче­вид­цев. За кад­ром оста­ет­ся то, что пред­ше­ство­ва­ло погоне, и рас­сле­до­ва­ние, кото­рое все­гда про­во­дит­ся после.

В его прак­ти­ке тоже быва­ли ситу­а­ции, в кото­рых Джозеф мог при­ме­нить ору­жие и мог бы стать геро­ем скан­даль­ных заго­лов­ков. На один такой вызов он выехал вско­ре после окон­ча­ния учебы.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

«Когда мы откры­ли дверь дома, там все было в кро­ви. Нам навстре­чу вышла жен­щи­на и ска­за­ла, что напа­дав­ший все еще в доме, хотя обыч­но в таких слу­ча­ях они исче­за­ют еще до при­ез­да поли­ции. Мы вошли, и муж­чи­на закри­чал: „У меня есть ору­жие, я буду стре­лять!“ В руке он дер­жал что-​то замо­тан­ное тка­нью. И тогда мы дей­стви­тель­но мог­ли и име­ли пра­во открыть огонь», — вспо­ми­на­ет Джо.

«Белорусы удивлялись, что я решил приехать в Минск в отпуск»

В Минск Джозеф при­е­хал к сво­е­му дру­гу Майклу и его семье. Четыре дня он гулял по горо­ду с утра до вече­ра, про­бо­вал дра­ни­ки, поку­пал про­дук­ты на Комаровке и схо­дил на хок­кей. Чтобы раз­го­ва­ри­вать с людь­ми на ули­цах, поль­зо­вал­ся разговорником.

«Здесь класс­ные люди! Всегда гото­вы помочь. Пара, с кото­рой я позна­ко­мил­ся в само­ле­те, дава­ла сове­ты, куда схо­дить, и под­вез­ла до горо­да. Прохожая на ули­це помог­ла разо­брать­ся с мет­ро и даже спу­сти­лась со мной вниз, что­бы помочь купить жетон. За все вре­мя не было ни одно­го непри­ят­но­го собе­сед­ни­ка».

Джо гово­рит, что мин­ских дождей и холо­да он не испу­гал­ся — в его род­ном шта­те Мичиган с октяб­ря по март пого­да такая же.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Удивила аме­ри­кан­ца реак­ция мест­ных на при­чи­ну его при­ез­да в Беларусь: «Они спра­ши­ва­ли: «Что, ты при­е­хал сюда в отпуск? Да лад­но, в Минск? Не может быть!»

Белорусская виза обо­шлась ему в 140 дол­ла­ров, на ее полу­че­ние ушло око­ло неде­ли. Но про­цесс пода­чи Джозеф счи­та­ет слож­ным и гово­рит, что не спра­вил­ся бы сам без помо­щи друзей.

Напоследок мы спро­си­ли, за кого он будет голо­со­вать на пре­зи­денст­ских выборах.

«Я отве­чу сло­ва­ми сво­е­го отца: ты име­ешь пра­во голо­со­вать и име­ешь пра­во не гово­рить, за кого. Эта кам­па­ния доволь­но стран­ная. Но я счи­таю, что Америка гото­ва к женщине-президенту».

Источник: news.tut.by